«С какого перепуга…»

Ольга МАРКОВА | Голоса провинции

Маркова

***

С какого перепуга,
с какой-такой лузги
Над конскою подпругой
рождаются стихи.

В походах и в гортресте,
В рабочих городках
они как дрожжи в тесте,
Как птицы в облаках.

Над стройкой и над станом,
Над мелочью любой
Они поют осанну
И призывают в бой.

Они снуют повсюду
и просятся на стол.
Но для стихов посуду
Никто не изобрёл

Не всякому гурману
Даётся без греха
Рассыпчатая манна
Небесного стиха.

***

Много ли надо нам? Сало, ржаной калач.
Волжской тараньки да алтынжарских дынь.
Шёпот прибрежных волн, кулика плач,
Птички-синички заветное – пинь-пинь.

Пусть растекается нашей судьбы вода –
Мёрзлая, талая, всякая – лишь бы жить,
Чувствовать привкус её, окунать уста
В чашу бездонного неба –

И пить…

пить…

Верить в любимых наших, растить детей,
Не забывая, что на горизонте лет
Ждут нас иные задачи – куда сложней
Нынешних, грешных, земных,
Рукотворных мет.

Ждут нас внезапный и сильный
толчок в грудь,
Небо, опавшее тысячью крыл враз,
И вечный странник, который нашёл путь,
Только не видит на этом пути нас.

В песках

Засыпаны злыми барханами,
Столетьями занесены
Останки жилища саманного
На знойных просторах страны.

Кто в доме молился и пиршествовал –
Хранитель отары чужой?
А может, сторожкой кладбищенской
Был этот домишко простой?

Мрачнел неприкаянным абрисом
На самом отшибе села.
И всё это было оазисом,
Где жизнь, как ведётся, текла.

Звенела струя о подойники,
Объедки клевал воробей,
Земле предавались покойники,
Живые рожали детей.

Но всё изменилось, развеялось
Песками на нет изошло,
Исчезло, как будто и не было:
Стоянка, сторожка, село…

Вскипают под огненным мячиком
Раскаты барханной волны,
И времени это – до лампочки,
До жёлтого глаза луны.

Памяти Сергея Скисова

Зачем ты не повесил на дверь замок,
Чтоб замок твой не рухнул, а лоб не взмок,
Чтоб каждый любопытный тебя дразня,
Пред скважиной замочной стоял полдня?..

Возможно это где-то, а не у нас,
Где за своим богатством – лишь глаз да глаз.
Но я вошла несмело, и вот иду
До лиственницы белой в твоём саду,

Иду по гулким залам, винным складам,
По всем твоим вокзалам и городам
До этих омертвелых, бессонных дней,
До снежного придела души твоей.

Ледяной стих

Дни из чёток ледяных перебираю,
Всех друзей своих шальных припоминаю.
И заблудших, и безвременно ушедших,
Всех, однажды мне дорогу перешедших.

Время тихо шелестит над головами,
Снег кружится над бетонными домами,
Погружёнными в размытое пространство,
Где равно смешны и грех, и постоянство,
Где у всех одни извечные заботы –
Не остаться без жилья или работы,
Схорониться среди кухонек и спален,
Чтобы вечер был не слишком тривиален.
Дрейфовать и продвигаться к общей цели
В этой города застывшей колыбели

Изо льда сотворены и дни, и чётки,
Их былые очертания нечётки,
Разбиваются с годами и дробятся,
В этих днях уже мне нечего бояться.
Я давно превозмогла душевный трепет,
Страх полночный, полусонный детский лепет,
Всех снегов былых и таянье, и негу,
Непомерное влеченье к человеку:
К человечьему теплу, столу, обеду,
К разговорам ни о чём, или об этом…

Город вымощен снегами, заморожен,
Он меня перехитрить уже не сможет,
Обмануть, загнать в тупик,
встряхнуть и выжать,
Видно, понял, что я в нём сумею выжить.
Выжить, жить и заниматься пустяками:
Человеками, собаками, стихами…

Ленинград. 1942

Охо-охохо-охохонюшки.
Рассмейтесь, скорей, смехачи.
До пяток, до самого донышка
Душа промерзает в ночи.

Крест-накрест бумагой заклеены
Неровные грани окна.
Топорщится сказочным веером
Морозных узоров тесьма.

Ещё кипяток был, да кончился,
Ещё был единственный сын.

Блокадным прижимистым почерком
Ты пишешь стихи из глубин…

Поэты – извечные странники:
В болезнях, нужде и бою
Всё песни поют в конопляннике,
Всё пишут эпоху свою.

***

Рыбы просятся в сети, как в иные века,
Когда жил только ветер и оркестр тростника,
Как случилось в том странном
недосказанном сне,
Где земли океаны бушевали во мне.

Там, где глазом тараща и боясь умереть,
Кистепёрый их пращур выбирался на твердь.
Содрогнулся от взлёта из бездонных глубин.
И вдохнул кислорода. И остался один.

Овчарке Норе

Собака есть у меня, большая собака
Седая овчарка, скрещённая с волчьей кровью.
Она меня ждёт с работы – скулит, однако,
И греет меня своей колдовской любовью.
Ей скоро тринадцать. И я вспоминаю ныне,
Как резвый кутёнок мои растерзал ботинки,
Как я принимала роды в седой полыни,
И как раздавала щенят на собачьем рынке.

Собака моя. Ты живи ещё, сколько можно.
А я тебе стану прислугой, и буду вечно
Тебя поминать – если ты уйдёшь осторожно
На небо бездонное к пастве своей овечьей.

Сны Бахчисарая

Бахчисарай хранит Заветы.
Струится Вечность на песок,
где саламандра из-под ног
мелькает маленькой кометой.
Здесь все завещано Творцу –
чинары, камни, минареты…
Татарской улочкой прогретой
спускаюсь к Ханскому дворцу.
Его беседки и сады
скрывают образы былые
и сына смуглого России
таят размытые черты.

Туристы шествуют в Гарем,
где им покажут быт наложниц,
где лучики садовых ножниц
сверкнут устало надо всем
покоем женским. Опадут
две розы нежные на плиты,
две жизни, две слезы разбитых
в Улитку Вечности стекут
Бахчисарайского фонтана,
и Сон Востока чужестранный
Земной любовью нарекут.

***

Лёгкий снег на век нелёгкий падал
Мимо труб, балконов, этажей,
От паденья снежного и лада
Сразу полегчало на душе.

Ничего о жизни мы не знаем,
Ангелов не чуем пред собой.
Сыпь зима, снегами заметая
След звериный и оскал людской.

***

Время бежит, сворачиваясь в спираль.
Знай, поспешай, раскручивая педаль
велосипеда, ближним дари тепло,
чтоб не бежало оно, а почти текло
плавно и покачивалось на волнах
В полузабытых, глубоких, нездешних снах.

Мне не хватает времени на стихи,
на пересмотры файлов и на звонки,
на разговоры и тайны, на зов любви…
Время, не дай захлебнуться в твоей крови,
в чёрные бездны ночи и в ярость дня,
словно щенка бездомного, загоня.
Снова побудка утра, хрустящий снег,
предновогодний кошмар человечьих рек,
тел человечьих, укутанных в мех и твид, –
Время их всех утрамбует, а Бог простит,
спустится на асфальт, изречёт закон –
это и будет началом конца времён,
будет началом иной, неподсудной тьмы, –
точкой отсчета безвременья и зимы.

***

Утром я в переполненный транспорт
Утрамбуюсь, спеша на работу.
Человек – это справки и паспорт,
Или всё-таки большее что-то?

Но когда, всё земное осилив,
Стану всех облаков невесомей,
Вдруг пойму: человек – это символ
Бесконечности – не хромосомы.

***

Пока целы и кошелёк, и голова,
Пока бреду усталой клячею с работы,
И сил хватает дотащиться до субботы –
Не злы прогнозы, жизнь сермяжная права.

Невнятны смыслы, отголоски не новы,
Маршрут не выверен, прозренья ненадёжны,
Но запах прелой, наспех скошенной травы
щекочет ноздри и сознание тревожит.

Она опять на всех забытых пустырях,
И отцветёт, и прорастёт, и вновь завянет,
И наша кожа в солнца майского лучах
Ещё прозрачнее и призрачнее станет.

Но только сбрасывая кожу, должно жить,
Как змей болотный, как любая тварь земная,
Своим маршрутам никогда не изменяя,
Свои заботы никому не одолжив.

***

Зима закончится, закончится,
На реках растворится лёд,
И всё, что было – обесточится,
А всё что будет – прорастёт,

Воспрянет из-под снега талого,
Явится дождиком скупым,
В круговороте мира шалого
Прольётся светом золотым.

И этот свет, упавший на воду,
На все земные города,
Одарит нас небесной радостью –
На час, на время, навсегда…

Придёт невольное смятение,
И сквозь уснувшие века
Вновь зазвучит стихотворение,
Как пробуждённая река.

Об авторе:

Маркова Ольга Александровна, родилась в Астрахани в 1964 г. Историк по образованию. В юности посещала литературные студии астраханских поэтов Нинели Мордовиной и Николая Ваганова. В 1996 году на Всероссийском совещании молодых писателей, организованном правлением СРП в Ярославле, была принята в Союз писателей России по первой книге стихотворений «Осенний блюз». Потом появились стихотворные сборники «Небесные колодцы», «Горсть», «Стражник степи», «Дом из речного песка», изданный благодаря грантовой поддержке Министерства культуры РФ, книга детских стихотворений «Мамины помощники». Публиковалась в литературных журналах и альманахах «Арион» (Москва), «Паровозъ-2» (Москва), «День и ночь» (Красноярск), «Башня» (Оренбург), «Литературный Кисловодск» (Кисловодск), «Мосты», «Ойкумена», «Зеленый луч», «Астраханский вернисаж» (Астрахань).

Рассказать о прочитанном в социальных сетях:

Подписка на обновления интернет-версии журнала «Российский колокол»:

Читатели @roskolokol
Подписка через почту

Введите ваш email:

eşya depolama
uluslararası evden eve nakliyat
evden eve nakliyat
uluslararası evden eve nakliyat
sarıyer evden eve nakliyat