Ноябрь

Павел САВИЛОВ | Поэтическая страница

Элегия
Дни поздней осени бранят обыкновенно,
Но мне она мила, читатель дорогой,
Красою тихою, блистающей смиренно.
Так нелюбимое дитя в семье родной…
А. С. Пушкин

Забрезжил чуть рассвет. На сонные поляны,
Где желтую траву припудрила роса,
Поднявшись от воды, пошли гулять туманы,
Прибрежные кусты их скрыла полоса.

Круг меряет земля в своем движенье вечном,
И вот уже Восток надел платок зари.
Стремится вдаль река полоской бесконечной,
Бледнеют лики звезд в космической дали.

Светлеет небосвод, внимая лику солнца,
Что медленно встает над спящею землей.
Мерцают в камышах лесных озер оконца.
Да облаков толпа проходит стороной.

В дубравах тишина. Не слышно птичьих трелей,
Пернатые давно отправились на юг.
И только строгий взгляд седых столетних елей
Смущает нагота безлиственных подруг.

Ноябрь царит вовсю. Декабрь еще далече.
Октябрь ушел давно с дымами от костров.
Застыли у реки осины, словно свечи,
Средь пестрого ковра упавших с них листов.

Как море синева бушует над землею,
Но солнечных лучей не радует тепло.
Прильнула к берегам река своей волною,
Глядя, как ивы к ней склонились тяжело.

В округе ни души, пустынно, безглагольно,
Не слышен шум толпы и дикий рев машин,
Как дышится легко средь этого приволья,
Где ты в одном лице и раб и господин.

Здесь мысли в голове приводятся в порядок.
Мятежная душа находит здесь покой,
Когда среди берез, стоящих стройным рядом,
Проходишь не спеша, шурша сухой листвой.

ЭЛЬТИГЕНСКОМУ ДЕСАНТУ

Осталось их двенадцать на плацдарме.
За ними море, перед ними плен.
Но красной точкой на немецких картах
Горит, не затухая, Эльтиген.

Давно на землю сброшены бушлаты,
На шее вздулись жилы синих вен.
Но красной точкой светится на картах
Врагом не покоренный Эльтиген.

Им суждено навеки здесь остаться,
Обняв руками этот серый мел.
Но коль живые, значит, будет драться
Врагом непокоренный Эльтиген.

ТУМАННОЕ УТРО

Борису Дубинко

Забрезжило. Тихо. Река предо мною
Лежит на земле, словно зеркало снятое.
Прибрежный камыш чуть качает листвою,
И плачут травинки ногою примятые.
Задумчиво тихий, зеленой стеною
Застыл лес за речкой хранителем вечности.
Общаются молча деревья с водою –
Наглядный пример временной бесконечности.

Прохладно. Туман. Сетка белой вуали
На время кусты, что у речки, прикрыла.
Но вот голубеют восточные дали –
И чья-то рука ее вверх потащила.
Деревья стоят еще в сонной печали,
Но дочку Ярила с надеждой встречая,
Цветы у тропинки немного привстали,
Зари появленье в слезах наблюдая.

Безветренно. Томно. Как будто из сказки,
Что мать перед сном мне обычно читала,
Кувшинок глядят желтоватые глазки –
Так в книжке русалка к себе приглашала.
И, словно по льду на волшебных салазках,
Бегут водомерки по глади зеркальной.
Но рыба блеснула пестрой окраской,
И скрылись они под волной погребальной.

Чу! Пискнула птаха. Проснулась другая.
А там уже третья приветствует солнце,
Которое, словно кусок каравая,
Восток положил в горизонта оконце.

Камыш задрожал, и, крылами махая,
Две утки, покрякав, над речкой вспарили
И словно спросонья, что делать не зная,
На воду спустились и молча поплыли.

День летний подходит, зарю провожая,
Встречая его, притаилась прохлада.
Пастуший рожок свою песнь начинает
Под топот копыт деревенского стада.
И, глядя, как солнце на лес налезает,
Сверкает лесная река перламутром,
Да только печаль мою душу терзает,
Что так скоротечно туманное утро.

ТОНУЩИЙ КОРАБЛЬ

Свершилось… Кончен бег свободной
При вопле бешеных пучин
Летит на грань скалы подводной
Пустыни влажной бедуин.
В. Г. Бенедиктов

Черное море волнами машет,
Бьет их о берег, на брызги дробя.
Парусник щепкой беспомощной пляшет,
Силе стихии отдавши себя.

Сорваны реи, и нет бизань-мачты,
Все подозрительно громко скрипит,
В трюме вода прибавляется. Значит,
Час искупленья к несчастным спешит.

Как получилось, что бросил Всевышний,
Дланью своею беду не отвел?
Может, они что-то сделали лишнего,
Может, обидели, предали ближнего,
Иль, начитавшись безверия книжного,
Кто-то от веры у них отошел?

Вот уж корма ищет путь в дно морское,
Что ее взглядом холодным манит,
Но, не смирившись с кончиной такою,
К небу упрямо стремится бушприт.

Треск раздается. Корабль разломился.
Флаг на грот-мачте, что встала свечой,
Словно ребенок за мать уцепился,
С ней оправляясь на вечный покой…

Волнами машет Черное море,
Бьет их о берег, на брызги дробя.
Ветер резвится в бескрайнем просторе
И убирает следы корабля.

Об авторе:

Родился в 1963 году. Выпускник Воронежского государственного медицинского института им. Н. Н. Бурденко (1986). Сельский врач. Работает в одной из районных больниц Тамбовской области. Член Российского и Интернационального союзов писателей. Лауреат литературных премий им. М. А. Булгакова (поэзия), В. В. Набокова (поэзия), М. Ю. Лермонтова (поэзия). Лауреат премии литературного журнала «Сура» (г. Пенза) в номинации «Поэзия» за 2018 год. Лучший писатель года 2015–2019 гг. по версии Интернационального Союза писателей.

Рассказать о прочитанном в социальных сетях:

Подписка на обновления интернет-версии альманаха «Российский колокол»:

Читатели @roskolokol
Подписка через почту

Введите ваш email:

eşya depolama
uluslararası evden eve nakliyat
evden eve nakliyat
uluslararası evden eve nakliyat
sarıyer evden eve nakliyat