No problem

Евгений ПОЛЯКОВ | Проза

Евгений ПОЛЯКОВ

No problem

Бизнес-ланч приятно оттягивал желудок, вызывая чувство сытости. Походка стала более плавная и размеренная, как в замедленной съемке. Ноги несли нас на работу, куда не очень-то и хотелось, но надо… Начальство ждет, когда же я все-таки свой код для открытого портала допишу. Все мозги вынесло. Надо, будь он, этот код, неладен. Но не выходит пока каменный цветочек. Последние спокойные пять минут перед войной с компьютером, истериками руководства и общения с тупыми постановщиками. Рука полезла в карман. Ба, да у меня же сигареты заканчиваются. До вечера точно не дотяну. Есть, получается, повод еще минут на десять оттянуть приход на галеры. Значит, тут на повороте с коллегами и расстанемся, временно. А мне путь через дорогу, в магазинчик «Все для всех».

Первая машина на «зебре» меня пропустила, а вторая… нет. Когда стал обходить притормозивший передо мной автомобиль, то слева от него выскочил еще один. Послышался зубодробильный скрежет тормозов, и я оказался на капоте, продавив до трещин лобовое стекло. Казалось, я еще целую вечность ехал на этом самом капоте и строго по встречке. Краем глаза увидел, что с меня слетели обе туфли. Откуда-то вспомнил, как говорили, что если при аварии слетает обувь, то это уже все… Неужели и со мной это самое «уже все»? Как же плечо болит! Наверно, перелом. Что там, ключица вроде… Вот и мои сослуживцы, с которыми только что обедали, подбежали. Леха одну туфлю несет, а вторая где? Я стал медленно сползать с капота. Из кабины наконец-то вылезла какая-то ссыкуха. Небось папик ей машину вместе с правами купил. Я стал медленно проваливаться в какое-то небытие…

* * *

— Расскажите, пожалуйста, поподробней про своего отца.

— А что рассказать-то?

— Да все, что вспомните.

— Хорошо. Ну, в этом году ему пятьдесят стукнет. Работает программистом. С мамой они два года назад разошлись. Она в последнее время все больше по ближнему зарубежью работала. В командировках как минимум на полгода. Это где-то уже лет пять так тянулось. Ну, отец терпел-терпел, а потом все-таки оформили развод. Я тоже далеко. У меня в Голландии своя фирма. В России максимум пару раз в году бываю. Вот и волнуюсь за отца.

— А что вас, собственно, волнует?

— Ну, он сейчас один живет, с котом. Ну, не в том смысле, что живет… Ну, вы меня поняли?

— Да-да, конечно.

— Я ему предлагал: давай ко мне перебирайся. Все документы выправим. Внучку будешь воспитывать. Захочешь — и работу тебе найдем, как язык подучишь. Да я мог бы вообще под него фирму создать, пусть даже прибыли не приносит, но он хотя бы при деле будет. А он ни в какую. «Здесь хочу помереть», — говорит. За ним бы присмотр какой-нибудь женский организовать. Домоправительницу что ли. Только вот как? Он после развода дам на дух не переносит. Часто повторяет: «Бабы дуры, не потому что дуры, а потому что бабы». Да и человечество в целом тоже не шибко жалует. На этот счет у него другое высказывание имеется: «Наша ветвь цивилизации — тупиковая на древе жизни Вселенной», а еще: «Остановите планету, я сойду». Хотя это вроде из Маяковского цитата. Ходит практически всегда в одном свитере, я его из Норвегии ему привез. Серый такой, грубой вязки. Даже не знаю, когда он его стирает. Пока бабушка жива была, она его раз в две недели с трудовым десантом навещала. Да вот уж полтора года как ее нет.

— Да… и на фотографии он, видимо, как раз в этом вашем сером свитере. Вот только борода лопатой и космы сзади как-то не очень с образом вяжутся. Ему бы рясу (хе-хе!), посох и крест в полпуда на пузо — вылитый батюшка. А с религией у него какие отношения?

— Так трудно сказать. Но официальных догматов и канонов он никаких не придерживается. Во что-то он, похоже, все-таки верит. Только вот во что? Раньше, когда мы с ним ближе общались, то он одно время синтоизмом увлекался, затем буддизмом. Но это, как мне кажется, дальше увлечений не шло. Крест нательный он наш, православный, носит. Его папе еще бабушка вешала. А борода и хвост сзади — так это он бриться и стричься очень не любит. Как после института с военных сборов вернулся, так лицо начисто никогда и не брил.

— Понятно. А по работе у него как? Есть проблемы?

— Ну, у кого их нет? Но так, если в целом, то нормально. В фирме своей он на хорошем счету. Уже больше десяти лет там трудится. Деньги исправно платят, свой стольник он имеет. Когда я еще студентом был, то па-а меня в свою тогдашнюю контору на подхват взял. Так что я с ним даже какое-то время вместе поработал. У него с тех еще времен на столе блокнот лежит из магазина приколов, в виде истории болезни. Там на обложке здоровенный такой штамп наискось, с диагнозом «гениальность». Да он себя на полном серьезе таковым считает. Хотя если уж объективно… то какой он гениальный? Талантливый? Может быть… Но не гениальный. Даже я себя таким не считаю. Хотя мог бы. Па-а, конечно, хороший программист, дотошный, но очень уж разбрасывающийся. Может по несколько дней какую-нибудь второстепенную кнопочку на форме вылизывать, когда все приложение целиком вообще не дышит. Да и код па-а такой обычно пишет, что без своего создателя тот не работает. Надо бывает программу его на другой сервер перенести, а па-а, к примеру, в этот момент в офисе нет. Так и не переносят, ждут, пока он появится. Вот где-то так, если про работу…

— А интересы какие у него еще, помимо службы? На что деньги тратит?

— У него последние годы исключительно один интерес. Это, конечно, если кота не считать. Продукция компании Apple. Как только новая версия каких-нибудь: IPhone, IPad, Apple-TV или тайм-капсулы появится, так он их сразу и заказывает. Частенько и через меня, у нас в Европе их продажи обычно раньше стартуют. Только деньги всегда сам платит. Даже в долг у меня никогда не берет. А так как Apple свои гаджеты новые как пирожки горячие на рынок выбрасывает, то и стольника папиного не всегда на все остальное хватает. У него вся антресоль старьем от этой «фруктовой компании» забита. А выбросить ничего не дает, что ты. Да и критического, даже если объективно, про Apple ему лучше ничего не говорить. Иначе в хорошем настроении (которое у па-а теперь редко бывает) получишь: «Нам, воинам света, нет необходимости доказывать свою правоту!», а в плохом — даже думать не хочется. Внучку, конечно, еще очень любит. Когда приезжает, то всегда подарки ей привозит, и недешевые. Но приезжает-то редко, впрочем, как и я к нему, не чаще пары раз в год. А так обычно по скайпу общаемся. Ну и, опять же, кота отец обожает. А кого еще-то остается?

— А с алкоголем у него как?

— Сейчас вроде тоже нормально. Раньше, бывало, он мог и много на грудь принять. Иногда и чудил после того. Помню, как-то под Новый год, когда мы еще все вместе жили, на бровях домой пришел и с ухом окровавленным. Утром на расспросы рассказал, что хотел себе пирсинг сделать, но ничего под рукой кроме степлера не оказалось. В другой раз в кафе за официанткой погнался, так что ей в туалете прятаться пришлось. Чем уж она ему так не угодила? Говорил, что нахамила. Еще раньше па-а, бывало, как выпьет, то часто душой компании становился. Мама тогда в шутку изредка цитировала из «Короли и капуста» жену будущего диктатора банановой республики. Когда та, если муж домой грустный приходил, то его прогоняла со словами: «Уходи и возвращайся домой пьяный, когда ты пьяный, то веселый», Ну, а когда он один жить стал, то бабуля очень боялась, как бы па-а не спился. Но, похоже, это уже все в прошлом. Ему недавно диабет второй степени поставили. Там пить вообще нельзя. Он, конечно, не всем рекомендациям следует, но норму свою значительно снизил…

— Хорошо, какое-то представление о вашем отце я составил. Беру тайм-аут на пару недель.

— Шансы-то имеются?

— Шансы есть всегда. Обеспечение, правда, не всегда под них находится.

— На этот счет можете не волноваться. Мы же с вами уже работали.

— Хорошо, тогда будем попробовать. Кстати, а как вашего па-а по имени-отчеству звать-величать? Вы же Сергей Дмитриевич. Значит он Дмитрий?

— Да, только он любит, когда его Митей кличут, а не Дмитрием. А отчество — Алексеевич, он его, правда, тоже не очень жалует.

* * *

В палате еще пятеро таких же переломанных горемык. Врач сказал, что мне здесь как минимум два месяца куковать, пока все не срастется и домой станет можно. Кто же кота-то кормить будет? Сын только завтра прилететь обещал. Ладно, за три дня Тимофей не окочурится. Я когда в тот день уходил, ему полную миску корма насыпал. А он морду воротил. Не было, видишь ли, его любимого «Роял канин» в магазине, пришлось «Вискас» взять. Ничего, голод не тетка. Съест. Может, мужиков с фирмы попросить, чтоб ко мне домой съездили, Тимоху покормили?..

В палату зашла медсестра поменять капельницу и, уходя, сказала, что ко мне посетитель. На ловца и зверь бежит. Но, вместо ожидаемых мужиков с работы, в палату вошла какая-то девица и назвала мою фамилию. Может, следователь? Я же теперь жертва ДТП…

Но я ошибался. Это оказалась та самая дура, что меня на «зебре» сбила.

— Дмитрий Алексеевич, я вот пришла извиниться перед вами и узнать, чем я могу вам помочь. Простите меня, пожалуйста. Я виновата. Я машину только полгода вожу. Все, что надо для лечения, и моральный ущерб я оплачу. Может, вас в другую клинику перевести, более хорошую? У меня знакомые есть…

«Ага, конечно, пришла бы ты, если б тебе за меня срок реальный не светил!» — подумал Дмитрий Алексеевич, но сказал:

— Спасибо, мне ничего не надо.

— Может, лекарства какие-нибудь все-таки нужны или еще что-то? Я вот вам фруктов принесла. Вам апельсины можно? Тут еще пирожки с мясом и капустой. Понравится — я в следующий раз со смородиной принесу.

«Господи, какая же ты назойливая! Шла бы ты уже домой, девочка».

— Спа-си-бо. Мне ни-че-го не на-до.

— Я, конечно, все понимаю. Я ведь причина вашего теперешнего положения. Но я, поверьте, от чистого сердца помощь предлагаю…

«Точно, от чистого. Когда ты его, сердце-то свое, мыла в последний раз?»

— Еще раз повторяю: мне ничего не надо. Спасибо.

— Ну, пожалуйста, не гоните меня. Может, вам по дому что-то сделать надо? Ну там цветы, например, полить?

«Точно, полы еще помой и мусор вынеси», — подумать-то подумал, а язык непонятно с чего выдал совсем другое:

— Кота моего покормить не желаете?

— Конечно-конечно. Могу сразу от вас и поехать. Вы не подумайте, я не какая-то там… аферистка. Вот мой паспорт, а права я вообще могу вам оставить. Я после того случая решила машину вообще продать. Не мое это, похоже. Так что права мне больше не нужны…

«Черт же меня дернул. С какого вообще бабая? Взять-то у меня дома, конечно, особо нечего. IPad, правда, совсем новый, даже пленку защитную наклеить не успел, а так… такой срач. Даже не помню, когда пылесосил последний раз. Но слово, блин, не воробей».

— Да это я так, к слову. Не надо никуда ехать.

— Вы не стесняйтесь, я действительно могу прямо сейчас и поехать. Кот же у вас есть?

— Есть.

— Вот видите. Совершенно не хочу, чтобы из-за меня еще кто-нибудь пострадал, я тогда себе этого никогда не прощу.

«Что же, блин, делать? А почему бы и нет? Она реально виновата, пусть искупает».

— Хорошо… Ключи в тумбочке, адрес… Кота Тимофей зовут, вы ему «Роял канин» купите, он очень консервы с рыбой уважает.

Блин, блин, блин, как же это все не так произошло. Да ладно, чего уж такого особенного. Как ее, кстати, зовут? Она вначале представлялась, но не запомнил. А, вон ее права на тумбочке лежат.

— Петь, не в службу, а в дружбу, подай, пожалуйста, с тумбочки права дамочки той… Ага, спасибо.

Значит, зовут ее Елена Викторовна Верендеева, семьдесят девятого года рождения. Получается, ей тридцать три, возраст Христа. Хотя она скорее по половой принадлежности на богоматерь тянет. Тьфу на меня.

* * *

— Лен, ну ты же в школе в драмкружке занималась, что, неужели не сможешь сыграть какую-то блондинку? Чего тут сложного?

— А зачем?

— Как зачем? У тебя что, работа есть? Ты из-за своего правдолюбия опять у разбитого корыта оказалась. А по ипотеке платить надо, чтобы на улице не оказаться. Ты же этого не хочешь?

— Нет, конечно. Только не нравится мне это все. Ты же знаешь, я и врать-то не умею. Расколют меня сразу.

— Ну почему же? Я вот тебя в роли Снежной королевы помню. Это, кажется, в девятом классе было? Очень, знаешь, убедительно. Я тогда даже совершенно забыла, что королева эта — Ленка, с которой я с первого класса за одной партой сидела. Получилось же тогда, почему сейчас не получится? Да и деньги живые и очень неплохие. На полгода ты точно проблему эту закроешь. А там еще что-нибудь тебе подберем. Давай, а? Потом, тебя же никто не заставляет с ним детей крестить или в постель ложиться (он сейчас после аварии и не сможет, поди). А правда… кому она нужна, правда эта? Вот не искала б ты ее, может, так и жила с Коленькой своим…

— А смысл? Ради чего? Детей нет, уважения с его стороны тоже никакого. Только сплошные упреки: и готовить из полуфабрикатов неправильно, и «здесь пылью пахнет», это после того как я всю квартиру полдня драила. Да ну его… А когда еще узнала, что у него другая есть, так тут сразу все словно и оборвалось.

— Вот я и говорю, что у разбитого корыта ты, Ленка: работы нет, мужа нет, детей нет, квартира в ипотеке, на которую денег тоже нет, и уже далеко не девочка…

— Все у меня еще будет, вот увидишь.

* * *

А пирожки-то со смородиной очень даже так ничего себе, вкусные оказались. Да и с капустой и чем там еще в прошлый раз были, тоже недурственные. То есть и ко мне, оказывается, путь через желудок лежит. А думал, что уж я-то особенный и меня на такое не купишь. Да и кто ж меня покупает-то? Фантазии одни. Опа, почта бибикнула. Кто там? Ле-е-на! Говорил же ей: давай по скайпу общаться, а она нет, написала: «…телефон, пусть даже и видео, по-моему, совсем не помогает в человеческом общении. Конечно, с его помощью можно быстро и комфортно решить многие проблемы по работе и жизни, поделиться информацией, получить ответ на свой вопрос, но… но настроить другого человека на твою волну он не может. Это по силам только письму. Лишь наедине с собой, никуда не спеша, ты можешь выплеснуть на лист бумаги или экран монитора все, что тебя мучит, донести до другого человека свои эмоции, чувства, сокровенные желания, признаться в любви, наконец. Тебя ничто не сдерживает, ты не видишь глаза собеседника и страх не сковывает твой язык, намертво припечатывая его к нёбу. Когда ты пишешь, ты равен Богу. Как же я радовалась, когда вместе с интернетом в нашу жизнь снова вернулось письмо! Его электронность мало что в нем поменяла, исключая лишь скорость доставки. Но ты так же часами, а то днями можешь ждать именно свое письмо. С надеждой включать компьютер, заходить в почту…»

Да, может, и вправду в этом что-то есть. Хотя я почту никогда так раньше не ждал. Что мне могло прийти? Сообщения об ошибках, новое задание от дебильных постановщиков. Это б лучше вообще не приходило. Помню, на работе с утра почтовый ящик если не со страхом открывал, то, по крайней мере, чуть ли не заклиная, чтобы он хоть сегодня пустой оказался. Редко это обычно случалось. А с сыном и внучкой — тут уж скайп. Какие-такие им особенные признания в любви, все ж на лицах написано. А равен Богу — это я только когда код пишу. Там я и Бог, и Дьявол, все в одном лице. Как ухожу в тот мир, так сюда и не хочется возвращаться. Ладно… Что же там Лена сегодня написала?..

«Здравствуйте, Дмитрий Алексеевич.

В первых строках своего письма :-) хочу рассказать о Тимофее. Я только что с Вашей квартиры вернулась. Тимофей жив, здоров, бодр, чего и Вам желает. ;-) Консервы «Роял канин» с тунцом очень ему по вкусу пришлись. Он их практически при мне все и оприходовал. До кучи еще прикупила сухой корм от «Пурина», высыпала в миску, думаю, его он тоже съест попозже, на десерт, так сказать. :-)

А у Вас какие пожелания насчет того, чем разбавить Ваш скудный больничный рацион? Заявки принимаются исключительно до 16.00, затем я в магазин, а оттуда уже к Вам. На самый крайний случай, если Вы до четырех не определитесь со своими пожеланиями, то можете воспользоваться так любимым Вами телефоном. Если забыли, то мой номер 8-916-ХХХ-ХХ-ХХ.

До встречи. ;-)»

* * *

— Да вы что там, с дуба рухнули, что ли?! Как вам вообще в голову могло прийти отца моего машиной сбивать?! Я вам за это точно ничего платить не буду. Еще и в суд подам.

— Подождите-подождите, давайте успокоимся.

— Какое успокоимся…

— Во-первых, я вам после аварии несколько раз звонил. Вы не брали трубку или были недоступны. Посмотрите в неотвеченных вызовах, там мой номер однозначно должен быть. Во-вторых, вы же знаете, девиз нашего агентства «No problem» — «решим любые проблемы клиента, исключая криминал». Мы никогда эту грань не переходили. И в этот раз все так же было. Пока мы сценарий разрабатывали, вмешался случай. Лена не сбивала вашего отца. Просто когда все это случилось, мы решили обыграть обстоятельства в свою пользу.

— Как не сбивала? А протоколы в ГАИ? Я их сам видел…

— В ГИБДД. Там все схвачено, протоколы мы подменили.

— А что вы еще подменили? Где вообще правда, где ложь? Я уже ничего не понимаю!

— Вы должны нам верить. Мы же уже решали ваши проблемы, и удачно.

— Ладно, только теперь вы уж, пожалуйста, все свои шаги сначала со мной согласовывайте, па-а то ведь у меня один.

— Хорошо-хорошо, договорились.

* * *

«Елена, Лена, Еленуча, Ленка, черт возьми!!!

Вы, ты, вы (блин, блин, блин) влюбляешь меня в себя. Я это написал? Да, написал. Я влюбляюсь в тебя, в твои письма, я жду твоих приходов наяву и по почте. Я по сто раз перечитываю твои слова. Ищу в них скрытый смысл. Представляю, как ты их писала. Иногда я вижу тебя на диване (интересно, а диван у тебя есть?) с ноутбуком и подогнутыми по себя ногами. В другой раз мне кажется, что ты пишешь сидя за столом, с абсолютно прямой спиной, по которой можно выравнивать линейки. Что это? Наваждение? Откуда ты? Что со мной?

Зачем тебе такой старый, седой мизантроп, переломанный еще к тому же? Беги, пожалуйста. Иначе… черт его знает, что будет иначе. Я же почти на двадцать лет тебя старше. Ты еще найдешь себе достойного молодого мужчину, который будет тебя любить. Ты заслужила это.

Нет, пожалуйста, сегодня приди, а беги завтра. Что я пишу? Неужели я это отправлю?

Не бойся, ничего ни в каком случае не будет. Я справлюсь с любым раскладом и любой приму.

И еще, знаешь, в до-твою эру, когда мне было очень плохо, я убегал в свой мир. Мир программного кода, там я был Царь и Бог, я мог часами наводить красоту на стройные, абсолютно детерминированные конструкции операторов, подпрограмм, классов и методов. Строить из них такие узоры, какие даже в голову не могли прийти создателям этих языков программирования. Восхищаться надежностью одних структур и в Бога душу мать ругать другие. Слушать, что мне эти операторы скажут или попросят… А сейчас меня этот мир не пускает… Я, конечно, могу еще программировать, но и только. Нет уже того восторга. Гляжу в код и вижу только набор определенных инструкций, которые компьютер всего лишь должен выполнить…

Извини, и спасибо тебе за все».

* * *

«Дмитр (нет) Дима!

Давай или все-таки давайте? ;-) не будем спешить. Вы меня абсолютно не знаете. Вы меня выдумали, а потом в эту выдуманную и влюбились. Но я ведь невыдуманная, я живая и очень боюсь, что совсем не такая, как ты нарисовал. Мысли разбегаются, остались одни буковки.

Но… но, если быть честной, то мне (черт возьми!) очень приятен вот этот всплеск эмоций в мой адрес. ;-)

А насчет прийти/не прийти, тут можете не сомневаться. Как же я могу бросить «старого седого мизантропа, к тому же и переломанного»?

До встречи, Митя. ;-)

P.S. И наша разница в возрасте не двадцать, а всего лишь шестнадцать лет. Кстати, напоминать девушке о ее возрасте очень даже нетактично. ;-)».

* * *

— С-е-е-е-р-е-г-а-а!!!

— Па-а, ты чего? Побрился что ли?

— И не только побрился, но еще и постригся. На, посмотри. Но это все ерунда. С-е-е-е-р-е-г-а-а, можешь себя, меня, кого там еще поздравить — у тебя брат народился!!!

— Пап, я очень рад. Но ты там, пожалуйста, уж поаккуратней. Ладно?

— С-е-е-е-р-е-г-а-а, какое на фиг «поаккуратней», у тебя брат родился!

— Ладно-ладно, па-а. Все хорошо. Когда Лену выписывают? Я прилечу.

* * *

Интересно, могли ли сценаристы из «No problem» такое предусмотреть? Или все-таки могли?

Сиделка

— Сынок, ну поменяй ты мне сиделку эту, Бога ради. Да на любую, но только чтобы обязательно русская была. Пусть хоть какая, хоть самая завалящая, но только чтобы наша. Я вон вчера ночью просыпаюсь, а она надо мной стоит, руками над пузом моим водит, ну там, где шов, и все приговаривает чего-то на своем: «Аллах да Аллах». Я ей: «Чего ты там бормочешь?» А она: «Это чтобы вы выздоровели быстрей, чтоб заживало лучше». Как же… нужно ей, чтоб я быстрей выздоравливала. Ей же пока она со мной — денежки идут, а как поправлюсь — так ей фьють, ищи новую бабку. А как она мне градусник мерить дает? Только поставила, еще и минуты не прошло, а она его уже обратно выдергивает. А спрошу: «Сколько там?» — она: «Все нормально, все нормально». Может, у них в Киргизии все так меряют, у них же там жара стоит, а у меня, если больше тридцати семи и двух, то я помираю просто. У меня-то нормальная температура — тридцать пять и восемь. И сестры мне здесь укол жаропонижающий до тридцати восьми не делают. Говорят, до тридцати восьми организм сам с температурой борется, а я помираю, дышать просто нечем. Задыхаюсь. А они ни в какую. Я вон вчера им скандал закатила. Сказала, что если не уколют, то я тогда орать буду. Только тогда и сделали. Вот такие вот дела. А Анна эта еще специально градусник мой сестрам не показывала. Даже когда мне укол положен был — мне не делали. Вот так вот, сыночек. Я так думаю, она еще и порчу на меня наводит…

— Мам, ну ты че-е-е? У тебя же высшее образование, а ты —порча…

— Не перечь мне, сынок. Слушай меня, я же сейчас больная, мне перечить нельзя. Она, конечно, расторопная, все делает, иногда даже предугадывает. Но ты б, сынок, видел, какой у нее злой взгляд порой бывает. Черный такой. Вот сегодня с утра, когда она меня перебинтовывала, я случайно на нее глянула. Так меня аж передернуло. Злоба такая на лице, и прям так и прет на меня. И опять губами чего-то шевелит. Не иначе как заговаривает, чтобы я не поправилась. Вот так-то вот. Вот почему я тогда тут уже пятую неделю лежу? И четвертую операцию терплю? Ты что же думаешь, у врачей здешних просто нитки гнилые, что ли, которыми они меня штопали? Как же. А чего ж тогда все в палате моей уже поменялись да выписались? Одна только я кукую. То-то и оно. Это все она, Анна, будь она неладна. Поменяй ты ее, ну пожалуйста. А если нельзя поменять, то вообще откажись. Я до туалета и так как-нибудь доковыляю. Да и сестрички местные помогут. Должны помочь, им же за это государство деньги платит.

— Хорошо, мам, хорошо. Завтра я попробую этот вопрос решить.

— А чего там пробовать? Ты уж, пожалуйста, реши, а то я не выкарабкаюсь с ней. Угробит она меня. Тебе это надо?

— Хорошо, мам. Не волнуйся, решу я это завтра. Обязательно.

— Ну, вот и славненько. Когда у тебя автобус обратно?

* * *

— У-у-у, шайтан-болезнь… уходи, уходи… Аллах всемилостивый… дай этой женщине здоровья и сил для выздоровления. Помоги ей на ноги побыстрее подняться. Чтобы и ей полегчало, и детям ее… Вон сын ее почти каждый день сюда ездит из своего Королева до Химок через Москву, а потом еще до этого Новогорска… А вот мой сынок ездил бы так ко мне? Ему же еще дальше, он сейчас в Бишкеке…

— А-а-анна, что ты там бормочешь, дай лучше градусник и посмотри, не подтекает ли повязка…

— Да-да, сейчас-сейчас.

* * *

На другой день Анну, а если уж быть совсем точным, то Айнагуль, сменила жизнерадостная хохлушка-хохотушка Гала. И хотя рвения к работе у Галы было значительно меньше, чем у Айнагуль, через некоторое время мама все равно пошла на поправку. То ли природа свое взяла, то ли нитки на этот раз более крепкими оказались, но факт остается фактом. Ну и слава Богу. Только вот какому? Христу или Аллаху? Да и какая, впрочем, разница. Хоть Будде…

Об авторе:

Евгений Поляков родился 26 апреля 1964 г. в Ростове-на-Дону. Окончил Московский институт электронного машиностроения. Работал преподавателем в институте, различных IT-компаниях г. Москвы.

Автор восьми изданных книг по программированию. В 2013 году в серии «Виктор Ерофеев представляет автора» вышла его дебютная книга беллетризованных воспоминаний об армейской службе офицером сразу после окончания института: «Двухгодичник. Сказки про Красную армию». Книга была выдвинута на международную Лондонскую премию Интернационального Союза писателей.

Рассказать о прочитанном в социальных сетях:

Подписка на обновления интернет-версии альманаха «Российский колокол»:

Читатели @roskolokol
Подписка через почту

Введите ваш email:

eşya depolama
uluslararası evden eve nakliyat
evden eve nakliyat
uluslararası evden eve nakliyat
sarıyer evden eve nakliyat