Пять вопросов к прошлому

Татьяна ДОЛБЕНЬКО | Современная проза

Габи слушала магнитофонную запись. Психологический тренинг обещал действенную помощь.

«Возьмите лист бумаги и карандаш. Сядьте удобнее. Вас ничто не должно отвлекать. Подумайте о чем-то светлом и позитивном. Помечтайте. А теперь обозначьте пунктами ваши жизненные ситуации, которые не дают вам покоя, которые тянут вас назад и не пускают в будущее. Усильте их вопросами к тем, кто связан с вами этими ситуациями…»

Габи расправила на столе чистый лист бумаги…

Помнишь, я говорила, что я верю тебе безгранично? Я никогда тебе не лгала и верила, что это взаимно…

…Снег падал хлопьями. Кружевом летел в воздухе и медленно оседал, укрывая все вокруг. Он искрился в свете уличных фонарей. Снежная картина завораживала Габи. Она любовалась им из своего окна и восхищенно благодарила все небесные силы за эту алмазную россыпь, за красоту и это зимнее волшебство…

В квартире раздался телефонный звонок. Габи отошла от окна.

– Алло!

– Привет, детка!

– О, Шарль!

– На улице просто пурга! Настоящая зима. Чем занимаешься?

– Всякой ерундой… и жду тебя, – тихо добавила Габи.

– Не жди, детка. Начальник заслал меня в далекие дали. Еду в Марсель. Работой завалил до старости, – засмеялся Шарль.

– О, мой бедный Шарль, ты же у меня самый умный, самый талантливый. Конечно, начальник поручает важные дела тебе. Гордись, мой милый, тебе доверяют отстаивать честь фирмы…

– Ох, и устану я отстаивать эту честь.

– Когда же тебя ждать теперь?

– Вернусь только в понедельник. И сразу на работу.

– Потом созвонимся?

– Конечно, детка…

– Я целую тебя, дорогой мой…

Шарль уже положил трубку, не услышав слова Габи. Он радостно обернулся к товарищам:

– Ну вот, все улажено. Звонить она точно не будет. Вино и водочку не забыли? Хватит на выходные-то? А кто из девочек с нами едет? Эх, повеселимся!..

…Габи подошла к компьютеру. Поискала прогноз погоды на ближайшие дни в Марселе. Из Тулона до Марселя всего 67 километров, и погоду там обещали теплее и мягче. Габи обрадовалась. Слава Богу, Шарль не будет мерзнуть! О солнце, согрей моего Шарля!..

Помнишь, я говорила тебе, что всегда приму тебя?..

– Габи, детка, только ты можешь меня понять. Только ты. Вот скажи мне как женщина, как друг… Почему Клэр так поступает? Разве она не видит, что мучает меня? Конечно, ты права, я не должен поступать так, ведь Андрэ – мой друг. Но он сам виноват. Он не уделяет своей жене должного внимания. А она так нуждается в заботе, тепле, ласке…

– Андрэ много работает? – Габи придвинула к Шарлю тарелку с ароматным мясом.

– Да не так уж и много. Просто они с Клэр такие разные. Он – трудяга-работяга, а Клэр создана для любви. Понимаешь? В ее присутствии я думать ни о чем не могу. Ты прости, что я говорю это тебе. Тебе я не должен говорить такое. Но ты – единственная, кто может меня понимать, кто может меня поддерживать.

– Конечно, Шарль, я понимаю… Ты влюблен, и справиться с чувством тебе сложно…

– Да, да, сложно. И я не хочу справляться с ним. Она мучает меня…

– Это почему ты так решил? – Габи незаметно добавила в тарелку Шарля еще кусочек мяса и несколько ложечек салата.

– Я столько раз говорил ей, чтобы она уходила от Андрэ. Ко мне уходила…

– Ты звал ее замуж? – голос Габи предательски дрогнул, но Шарль не заметил этого.

– Да, звал. А она тянет и не говорит Андрэ ничего… Понимаешь, когда мы были с тобой, это все иначе. Такой, как ты, в природе больше нет. Ты умная. И сильная. Ты всегда можешь найти правильный выход… А она… она такая хрупкая, беззащитная… Ты же знаешь, у меня было много женщин. Но Клэр – она особенная. Ни одной я не желал так сильно, как ее…

Шарль резко обнимает Габи. Сжимает ее в объятиях.

– Я не должен говорить таких слов тебе, именно тебе…

– Ты любишь ее?

– Люблю. По-настоящему…

– Я не понимаю, как это – по-настоящему… Либо любишь, либо нет… – Габи высвобождается из его объятий. – А Клэр тебя любит, ты-то как чувствуешь? Быть может, она не уходит от Андрэ потому, что любит его? А ты хочешь разрушить и свой брак и потерять друга?!

– Ну какой брак? Какой брак? У нас с Мишель давно нет страсти, нет секса.

– Брак держится не только на сексе.

Габи наливает Шарлю чай.

– Нет, не хочу чая.

– Лимонада?

– Да, пожалуй…

Шарль пьет холодный лимонад. Габи убирает со стола. В какой-то момент Шарль обхватывает Габи за бедра, притягивает к себе, утыкается лицом ей в живот. Так проходит некоторое время. Габи послушно стоит, молчит, гладит его волосы. Шарль резко отрывает голову и поднимает глаза на Габи:

– Что мне делать, Габи? Посоветуй. Скажи мне что-нибудь… Ты же такая мудрая. Мне не с кем больше поговорить. Спасибо тебе, что слушаешь меня, терпишь… Скажи, что мне делать… Я измучился. Ведь Клэр сама мне говорила, что я открыл ее как женщину. Она теперь видит, чувствует по-другому. Сама мне говорила. Понимаешь? Сама. И после меня она идет к Андрэ, понимаешь? Она с ним как со мной…

– Она – его жена, Шарль…

– Он ее не понимает! Не чувствует! Он просто мужлан! А в моих руках она тает, понимаешь? Хотя женщине это не понять. Но, поверь, это потрясающее чувство. Я ненавижу ночи потому, что она с ним…

– Знаешь, наверное, Мишель все чувствует, и ей все это больно.

– Мишель я безразличен. Она ничем не интересуется, и тем более мной. С ней разговаривать неинтересно. Целыми днями треплется с подружками по телефону да смотрит сериалы.

– Мне жаль Мишель. Обман – это всегда плохо. А Клэр я не понимаю. Вроде собаки на сене. Мне было бы стыдно смотреть Андрэ в глаза. Но ты должен решать, чтобы не мучиться самому и не мучить других. И, конечно, должен быть готов к потерям. Ты потеряешь друга. И женщину, которую когда-то любил. Женился же ты на Мишель по любви. Надо быть честным. И чем быстрее вы с Клэр определитесь, тем лучше для всех…

Габи говорила тихо, медленно. Этот разговор был не первым и не единственным. Всякий раз после ухода Шарля, а уходил он всегда далеко за полночь, она без сил оседала у окна и долго смотрела в темное небо.

Помнишь, я старалась сделать уютным твой дом?..

Родители Шарля помогли купить ему небольшую квартиру. Они видели, что у Шарля и Мишель наступили непростые времена, и решили, что им будет легче разобраться в своих отношениях, пожив отдельно друг от друга. Поначалу Шарль с энтузиазмом взялся за ремонт и обустройство нового жилища. Но постепенно его стали одолевать апатия и лень. И тогда он звонил Габи. Она приходила, наводила порядок, готовила обед. И опять много говорили о Мишель и Клэр…

– Посмотри, – говорил он, – я купил в салоне мебели красивую кровать. В итальянском стиле. Из массива сосны. Спинка кровати резная. А матрас высокий, мягкий… Просто мечта, а не кровать.

– Согласна, кровать царская.

– Я должен на несколько дней поехать к матери. Что-то там у нее случилось. Ты останься, наведи чистоту, как ты умеешь. Главное – тщательно отмой от мела потолок. Это важно.

Шарль обнимает Габи, целует в голову.

– Ты не звони, лучше я сам. Все-таки мама – старый человек, звонок может испугать ее…

Шарль проверяет вещи в сумке. Габи видит сложенные чистые рубашки и… галстук. К маме с галстуком?! Наверное, просто отвезти ненужные вещи…

Габи второй день моет квартиру. Потолки высокие, а с ее небольшим ростом работа превращается в мучение. Тазик с водой, стремянка, губка. Конечно, надо помочь Шарлю. Ему сейчас нелегко. Вода течет по рукам. От меловой пыли чешется нос, першит горло. От долгого держания рук вверху болят спина, руки, ломит поясницу. Но уже половина потолка отмыта. Уже половина победы! Как же Шарль будет рад!..

Шарль приехал неожиданно. Габи сидела на стуле у окна. Она закончила уборку и разбалтывала в кружке кипяток с вареньем.

– Шарль, ты приехал! Что так быстро? Почему не позвонил? Что-то случилось? – Габи порхала вокруг него.

– А вот приехал специально без звонка. Посмотреть, с кем ты тут развлекаешься.

– Не смеши меня, Шарль, посмотри, я все отмыла, как ты хотел…

– Я тебя не принуждал.

– Шарль, как мама? Ей стало получше, да?

– А чего ты вот там не оттерла? Сама не видишь разве? А вот здесь полоса краски…

– Шарль, я старалась, правда, старалась…

– Плохо старалась, подруга.

Габи сникла. Она видела, что Шарль не в настроении.

– Ты когда домой? – Шарль открыл холодильник. – О, без меня столько еды!

– Это я для тебя приготовила. Все–таки домашняя еда. Там-то покушать нормально, наверно, было некогда…

– Давай я дверь за тобой закрою да приму душ. Отдохнуть надо…

…Габи присела на скамеечку у соседнего подъезда. Просто не было сил. Это был очередной день, когда Габи наводила порядок, мыла, убирала в квартире. День своей жизни, который она наполняла заботой и любовью и который она дарила Шарлю. Габи сидела на скамеечке, смотрела на подъезжающие и отъезжающие машины, на людей, проходящих мимо. К подъезду Шарля подъехала машина. Из нее вышла Клэр. В руках у нее была бутылка вина. Она посмотрела на окна Шарля и вошла в подъезд…

Помнишь, как я отстаивала и защищала тебя от своих родных и подруг?

– Господи, как же ты неправа, мама! Ему просто катастрофически не везет с работой. Ну вот бывает так, что попадает в плохой коллектив. И совсем он не лентяй. Он старается. Эта работа не для него, он может делать что-то большее, значительное. Знаешь, мама, из Шарля получился бы хороший руководитель. Он такой умный, – Габи с жаром доказывала своей маме, что весь мир против Шарля.

– Дочка, ты-то зачем жилы себе рвешь? Что за забота такая о друге? Не нравится он мне, – мама вздыхала, хваталась за сердце. – Может, ты влюбилась в него? – вдруг тихо спросила она.

– Мама, он теперь женат…

– Вот и я о том же… Что ты в нем нашла? Он же самовлюбленный. Он потребитель. Он тебе не пара. Он просто использует тебя. Как уборщицу, как кухарку…

– Мама…

– Что мама?! Он использует тебя еще и как психолога. А как же? Кому как не к тебе бежать? Ты же выслушаешь, слезки вытрешь… Да и любовницу иметь под боком неплохо. Ты у меня такая хорошенькая, – вздыхает мама.

– Мама, как ты можешь?! Я ему не любовница. Ты не права.

Мама заплакала. Шарль ей не нравился. Никакие уговоры и разговоры не убедят ее дочь в неблагодарных отношениях. Господи, убереги Габи!

Подруга Габи – Анабель – тоже не жаловала Шарля. Она считала, что красавец лишен сердца и души. Она была убеждена, что Шарль актерски обманывает Габи.

– Анабель, дорогая моя, да не обманывает меня Шарль. Так складываются обстоятельства. Я верю ему. И потом, он же мне ничего не обещал. Никогда. Но должен же быть кто-то рядом, когда ему трудно.

– Да он не ценит тебя совсем! И не надо меня убеждать, что он чудо! Как ты вообще можешь с ним общаться?! С тобой он спал, а женился на Мишель! Почему-то тебя он замуж не позвал!..

– Так бывает…

– Ты его любишь до сих пор?

– Не знаю… Мы с ним долго и часто разговариваем…

– Это называется не разговоры. Это называется – мотает нервы. Габи, да полюби ты саму себя наконец! Ты себя похоронила в Шарле! Он недостоин тебя, дорогая. Нельзя же быть такой слепой! Оставь его и сразу встретишь нормального любящего человека…

– Ах, Анабель, Бог посылает человеку ту любовь, которую он заслуживает…

– Нет у меня сил с тобой разговаривать, Габи…

Помнишь, у меня умерла мама, а тебя не было рядом?..

Габи не верила, что мама когда-нибудь может умереть. В ней всегда чувствовалась такая сила! Столько ей пришлось пережить за свою жизнь, и со всеми бедами она справлялась. А тут подскочило давление, сердечный приступ – и мамы не стало. Габи сидела в оцепенении. Верила: мама сейчас войдет. Габи ждала. Гулко тарахтел холодильник, громко тикали часы. Зазвонил телефон. Это подруга Анабель. Она просила разрешения зайти. Нет, пока не надо. Надо найти тишину…

В день похорон позвонил Шарль. Он был весел. Услышав тихий голос Габи, он недовольно произнес:

– Что за минор? Прям настроение испортила. Я вот на озеро еду. А ты что делаешь?

– Мама умерла. Сегодня похороны.

– Ну, все мы когда-то умрем. Она меня не любила. Ну, ты там занимайся, я тебе потом позвоню. Надо еще съестного купить на озеро. Ну, пока…

Габи наконец-то заплакала. Мама, мама, кто же меня теперь будет любить?! Габи отчетливо ощутила мягкие руки мамы на своих руках. Только у мамы такие мягкие ладошки! Габи посмотрела на фотографию мамы на столе. Рядом горела свеча. Мама, не оставляй меня…

Похороны прошли как во сне. Церковь. Кладбище. Могила. Ноги приросли к земле. Огромный букет цветов намертво зажат в руках…

Габи очнулась уже дома. Она плакала весь вечер, и всю ночь, и следующее утро. Слезы уже звучали урчанием в животе, схватывали спазмами желудок. Не было сил смотреть на мамин портрет. Она взяла его со стола, прижала к себе и легла на кровать. Свернулась калачиком, и силы оставили ее. Она заснула.

Габи проснулась от телефонного звонка. Телефон звонил долго. А Габи лежала на кровати, не было сил двинуться. Минутная тишина. И опять телефонные звонки.

– Меня нет! Я ничего не хочу! Простите! – шептала Габи.

А телефон все звонил и звонил. Через какое-то время послышался звонок в дверь. Потом кто-то стал барабанить в дверь.

– Меня нет! Меня нет, – шептала Габи.

В дверь все барабанили.

– Габи! Открой, это я, Анабель. Габи! Габи!

Габи приподнялась на локте. Пространство поплыло. Она потеряла сознание.

…Габи очнулась. Ее руку держала теплая рука.

– Мама, – позвала она.

– Габи, это я, Анабель. Как же ты меня напугала!

Подруга провела с Габи больше недели. Насильно кормила, отпаивала разными чаями и отварами. Позже ходили вместе гулять в парк. Кормили птиц и собак.

А Шарль позвонил через два месяца. Его в очередной раз обидела Клэр…

Габи перечитала то, что написала. Отложила карандаш. Что там психолог советовал сделать дальше? Перечитать и пережить заново! Пережила. Теперь скомкать лист, прижать к груди и отбросить. Со всей силой отбросить. Далеко, как можно дальше. А еще поверить, что с этим комком бумаги уходит все плохое, обидное навсегда. Поверить. Это сложно. Габи скомкала исписанную бумагу. Я верю, что все плохое уходит! Я открыта новому миру! Она прижала комок к груди и отбросила его. Комок упал у двери. Габи отвернулась и подошла к окну.

За окном шелестел тихий дождик. Чуть подрагивали намокшие листья дерева за окном. Проехал огромный грузовик с надписью «Все будет хорошо!» Габи улыбнулась. Я верю! Верю! Верю!..

Зазвонил телефон. На автоопределителе высветился номер Шарля…

Об авторе:

Автор из Санкт-Петербурга. Обладатель многих литературных премий и победитель литературных конкурсов «Таланты России», «Белая акация», «Радуга творчества», «Проба пера». Она – номинант литературной премии мира 2018 года – «За особый вклад в развитие искусства русской словесности в России и за границей», а в 2019 году награждена звездой «Наследие» III степени за литературную деятельность в духе традиций русской культуры.

Издательство «Спутник», отмечая интерес читателей к творчеству поэтессы, наградил ее дипломом «Литературная элита России» за 2019 год.

Интернациональный Союз писателей, награждая почетной грамотой «За весомый вклад в развитие современной литературы», неоднократно отмечал успехи Татьяны в литературных проектах. Она – дипломант международного литературного конкурса имени М. Ю. Лермонтова, а также лауреат премии имени Владимира Набокова с награждением медалью Владимира Набокова «За творческий вклад в зарубежную литературу» и лауреат международной литературной премии имени Антуана де Сент-Экзюпери с награждением дипломом и медалью Антуана де Сент-Экзюпери «За вклад в развитие русской поэзии».

В 2019 году Интернациональный Союз писателей издал первую книгу поэтессы «Пером и кистью о любви и красоте».

Красоту лирической поэзии петербурженки оценили и болгарские читатели – Татьяна стала финалистом литературной премии «Славянское слово» имени Марины Цветаевой в г. Варна (Болгария).

Рассказать о прочитанном в социальных сетях:

Подписка на обновления интернет-версии альманаха «Российский колокол»:

Читатели @roskolokol
Подписка через почту

Введите ваш email:

eşya depolama
uluslararası evden eve nakliyat
evden eve nakliyat
uluslararası evden eve nakliyat
sarıyer evden eve nakliyat