Лев Шумилов

Александр БОРЗОВ | Литературные курсы

Борзов

(Новелла)

Хаос вчерашних событий не был сном. Помню, как люди в белом – высокорослые мужчины в длинных плащах – назначили мне встречу в подземном переходе и сказали:

– Мы всё сделали, так что беги!

И я побежал. Побежал по длинному эскалатору на станции метро «Парк Победы», побежал по Поклонной Горе. Я был один среди безлюдных и ночных улиц Москвы. А луна, точно световой прожектор, освещала меня как главного героя спектакля. Люди в белом сказали, что я должен как можно быстрее уехать из Москвы. Мои провалы в памяти начались после встречи с ними. Я не помнил кто я, кем работаю и как живу. Я помнил только своё имя. И ещё я помнил один вопрос: «Куда бежать?»

Я пробегал мимо магазина и увидел какой-то грузовик, чей кузов был заполнен горкой яблок ядовито-зелёного цвета. Я запрыгнул в него, и мы уехали. Уехали далеко за пределы МКАДа. Через пару часов езды грузовик надолго остановился в какой-то деревне, и я спрыгнул. Обессиленный я рухнул на чьём-то огороде у теплицы, спрятавшись за виноградником. Так я уснул.

И вот сегодня проснулся я, когда не слишком грубо, а даже как-то ласково, щелчок замка калитки тихонько позвал меня вернуться в Реальность. Обрывки вчерашнего дня не особо терзали мой мозг и были расплывчатыми. Вновь провалы в памяти. Но свой побег из Москвы в эту загадочную деревню я ещё припоминал. Слегка привстав, я чуть не выдал себя, когда колкая боль вновь истыкала мою спину, словно ножи, безжалостно рубящие хрящевые ткани животных на убоях. Калитка закрылась, когда замок вновь щёлкнул. По территории участка, по маленьким бетонным плиткам, ведущим к крыльцу дома, весело шла девушка, напевая звонким голоском песенку «Sally Cinnamon» из репертуара The Stone Roses.

«Хм…А у неё хороший вкус!» – подумалось мне.

Она была ещё совсем юной, возможно ей не было ещё и 18. Вроде обычная симпатичная девчонка, с уже хорошей грудью, и которой предстоит ещё немного дорасти до идеала, ноги уже прорастали рельефами на бёдрах и лодыжках, и личико, ещё такое светлое и невинное, сливающееся с русыми длинными волосами, небрежно завёрнутыми «в хвостик». Но почему-то, эта самая Мисс Обыкновенность меня цепляла. Она вошла в дом. Я сумел встать, превозмогая боль в спине, и когда вышел из-за виноградника, девушка тоже вышла на крыльцо.

– Простите, – в спешке начал я, – я не помню кто я, поймите меня.

Я ожидал криков паники, но она стояла и смотрела на меня, улыбаясь, как на непутёвого странника. Первое движение сделала всё-таки она, подойдя ко мне и протянув руку, разжав пальцы. В ладони было бледно-жёлтое яблоко.

– Антоновка, – сказала она, когда заметила мой удивлённый взгляд.

Я принял подарок и откусил его, превратив на время в значок компании Apple. Тут она взяла меня сразу за руку и чуть ли не насильно потянула за собой. Её рука была нежна кожей, но сильна мышцами.

– Не бойся… – всё также ласково сказала она, когда мы уже были в её хоромах.

Она ушла, поднявшись по лестнице на второй этаж, а меня оставила одного в гостиной с камином.

Я снял пальто и присел на диванчик, позволив своей спине почувствовать мягкость пуфиков. Ждал. Решил снять с себя потрёпанный пиджак, и, немного скомкав его, бросил на соседнее кресло. И как я раньше не чувствовал? Во внутреннем кармане пиджака что-то зашуршало. Это была смятая в трубочку тетрадка. Что это? И зачем мне она была нужна? Я поспешно открыл её и наспех пролистал от начала до конца, но страницы были пусты и белее снега. Лишь в серединке, на одном листочке красными чернилами было написано: «Где Правда, а где Вымысел?». Почерк был явно не мой, даже детский какой-то, а уж тетрадок с собой я точно никогда не носил.

– Ну, как себя чувствуешь? – насмешливо прозвучал уже знакомый женский голос.

Я дрогнул, выронив тетрадку на ковёр. Она присела тоже на диванчик, рядом со мной, и, заметив упавшую тетрадь, схватила её, опередив меня.

– Где Правда, а где Вымысел? – прочитала она медленно, а затем, отдав обратно мне тетрадку, спросила, – так ты знаешь?

– Нннет… – растерянно отвечал я, – а ты?

– Вроде должна знать… – поникнув головой, ответила она уже равнодушно.

Мы сидели совсем близко друг к другу.  Молчание смущало. Внезапно, в главную дверь дома постучали. Эти самые «Тук! Тук!» синхронно отгремели с моим сердцебиением.  Неужели полиция или кто-то там ещё меня нашли? А может, ложная тревога? Или простой односельчанин решил в гости зайти, как принято в деревнях?

– Прячься! Быстро под диван! – пискнула она и буквально сама затолкала меня туда.

Я лежал в неудобной позе, под диваном, пылинки невольно залетали мне в рот и щекотали нос, кожа покраснела и залилась каплями солёного пота. Словно в ловушке. Из-под дивана я видел, как Алёна принимала непрошенных гостей.

Когда девушка открыла дверь, на пороге дома стояли двое высоких мужчин, все такие серьёзные, короткостриженые, одетые в классические костюмы, а поверх – в плащи. Тот, кто был в тёмно-сером, выглядел молодо, а тот, кто в бежевом, взрослым, и явно походил за старшего по званию. Такие гости, размахивающие своими удостоверениями, были самой неожиданностью для девушки.

– Здравствуйте! – вежливо начал взрослый, – меня зовут капитан Простаков, а это мой помощник младший лейтенант Сердюков. Мы из полиции! Можно войти?

– Конечно! Проходите! – распахнув дверь перед гостями, важно сказала она.

Пока оба полицейских расхаживали по холлу первого этажа, пристально осматривая всё вокруг, девушка успела юркнуть в гостиную, схватить моё пальто и пиджак и сунуть под кресло.

– Ну как? Нравится дом? – сострив фальшивую улыбку, спросила она, убрав руки за спину.

Их глаза постоянно щурились и казались хитрющими, постоянно выискивающими что-то. А улыбки, вырисовывавшиеся у них через силу, и без того казались кривыми и надутыми. Казалось, что они даже вовсе не улыбались, а всего лишь нагло гримасничали. Но ещё было смешно то, что они старались выглядеть очень невозмутимо, держа постоянно руки в карманах своих плащей.

– Так, ведём осмотр… – тонким, словно женским, голосочком неожиданно сказал Сердюков, до сих пор производивший впечатление молчуна.

Простаков нахмурился и, обернувшись, одарил сердитым взглядом своего помощника, да ещё цыкнув про себя. Но сделал он это громко, чтобы все услышали.

– Если я не ошибаюсь, вас зовут Алёна Белокрылова, так? – начал вежливо капитан Простаков.

– Да, вы правы, а что, собственно говоря, случилось? Давайте же к делу, господа следователи!

– Мы расследуем исчезновение одного человека, которого зовут Лев Шумилов… – он остановился, дабы проверить, испугалась ли, удивилась ли допрашиваемая от произнесённого имени, а затем, продолжил, – в последний раз его видели вчера днём в библиотеке иностранной литературы на Николоямской в Москве.

– Простите, но кем он был? – любопытничала девушка, сохраняя удивительное спокойствие.

– Он был талантливым учёным, подающим большие надежды! – громко и гордо заявил капитан.

Внезапно повисло молчание. Простаков без лишних слов, просто вытянул чуть назад свою правую руку, на что Сердюков сразу отреагировал, вытащив из внутреннего кармана своего плаща папку с документами. Капитан взял папку, пролистал, и, найдя нужный документ, резко взял его и показал перед лицом девушки. Это была чёрно-белая фотография, на которой был изображён портрет молодого человека с тёмно-русой шевелюрой.

– Лев Шумилов! Видели его?  – строгим голосом спросил Простаков.

– Нет! – сразу ответила она, – я его впервые вижу.

Капитан убрал фотографию в папку и отдал (даже не оборачиваясь) её Сердюкову, – ну что ж, нам пора. Вам спасибо, Алёна!

– Не за что, ну что, давайте я вас провожу! – поспешно сказала она, чем и насторожила капитана, что тот не сразу решился уйти.

– Если что-то вспомните, то звоните по этому номеру, – и он протянул ей небольшую пластиковую визитку.

– До свидания! – промямлил второй.

И лишь тогда двое полицейских удалились прочь из дома, а негромкий хлопот главной двери привнёс финальный аккорд к их уходу. Выждав пару минут, девушка на всякий случай закрыла дверь на щеколду и сразу побежала в гостиную, где также зашторила все окна.

– Выходи уже!

Я сумел, наконец-то, встать, немного охнуть от всё тех же болей, отряхнуться от пыли и вытереть рукавом уже грязной рубашки пот со лба. Я был словно выжатым лимоном, но чуть прогнившим и вонючим. Весь потрёпанный и измятый, усталый и почти «убитый». Но она, опять улыбаясь, всё глядела на меня. Её глаза. Глаза, сравнимые по виду с океаном из фильма «Солярис» Андрея Тарковского.

– Ну как ты? Не задохнулся там?

– Эммм…Спасибо! Тебя ведь Алёна зовут? Так?

– Да! Очень приятно! – и она протянула нежную ручонку, и которая сейчас не казалась сильной, а наоборот очень слабенькой, – а ты, судя по фотографии, Лев Шумилов?

– Меня… – я решил почему-то говорить всю правду, – меня зовут Лев Шумилов.

– Ого, вот как! Так ты что, инсценировал своё исчезновение? Чтобы сбежать? Так?

– Возможно, всё так и есть… – ответил я, не задумываясь, – а эти представители закона странноваты, верно ль?

– Да они лазейки ещё те, ушли уже наверно с концами отсюда, что им тут делать-то?

– Ясно, – подытожил я, а затем задал вопрос по существу, – слушай, Алён, а можно у тебя душ принять?

Вновь я почувствовал её руку, и как она меня вела по лестнице на верхний этаж. Я умылся, смыв с себя остатки вчерашних погонь и сегодняшних игр в прятки. Я был чист, и теперь у меня имелось неопределённое количество времени, чтобы понять — что делать дальше?

 

Солнце стояло над всей деревней. Вокруг как будто всё виделось в красках сепии. Маленькие леса на холмах блестели позолоченным железом, покрытые ржавчиной, а железные крыши деревянных домов отливали блеском жидкого сплава. Пахло прелыми листьями и подгнившими яблоками. Вокруг ходили люди, причём абсолютно разных возрастов: были и старики, и молодые. Кто-то ходил с кем-то под ручку, кто-то пил пиво, да параллельно разговаривал или спорил о чём-то.  Кто-то был одет даже по-городскому –  в джинсы и пиджаки, а кто-то по-деревенски – в обычные ватники и спортивные штаны. Детишки же катались на велосипедах. Радовало и то, что, тут хотя бы были все добрые и отзывчивые люди, и обстановка тут была куда более оживлённая. Людная. Мы с Алёной сидели на скамейке у фонтана, что за продуктовым магазинчиком.

– Скажи, что думаешь? Остаться тут? Или дальше идти? – начала Алёна.

– Мне здесь нравится… – ответил я.

– Я же говорила! – и она так улыбнулась, будто ребёнок, увидевший долгожданный подарок ко дню рожденья, и крепко обняла меня.

Между нами совершенно неожиданно воцарилось мучительное молчание. Я хотел ответить на её объятия и даже поцеловать. Но она, засмущавшись, немного отодвинулась от меня.

– Ты какой-то неуверенный… – продолжила она, –  ты уж определись, пора уже, а то сколько можно же?  Выясни наконец, что Правда, а что реально Вымысел…Что бы то ни было, а этот Некто правильные слова написал в твоей тетрадке…

– Для кого выяснить? Для себя? – я был расстроен её переменившимся настроением.

– Не для меня же!  Настоящий ли ты? Считаешь ли ты Настоящим всё вокруг себя?

– О Боже! – я слегка отодвинулся от неё, чтобы жестикулировать руками как вспыльчивый итальянский актёр, – не хочешь ли ты изложить трактат об Искажённой Реальности, написанный Робертом Шекли в его романе «Обмен Разумов», м?

– Книгу не читала, не будь занудой, – почти резко кинула она, – зачем мне читать тебе о твоих галлюцинациях? Я Настоящая! И не являюсь плодом твоего воображения. Можешь успокоиться. Всё это старые бредовые сказки. Но вот Настоящий ли ты? Ты Правда или ты Вымысел? М?

– Потрогай меня, – и я даже начал сам щупать себя, – молодой парень, мне всё также 28 лет…

– А 28 ли? – спросила она, задумчиво глянув в мои глаза, – даже твои глаза говорят о том, что ты абсолютно потерян в этом Мире, плохое чувство Времени, как это принято говорить. А может, тебе сейчас вообще уже за 50, а? А твоё лицо лишь маска. Не задумывался?

— Чем-то схоже на сюжет романа Гранже «Пассажир», но там было всё-таки немного другое…

– Ох… – вздохнула Алёна, – вот скажу честно, для меня читать книги – это как фильмы смотреть в ооочень замедленном действии. Напряжно как-то немного.

– Значит, предпочитаешь глазеть на жизнь, укороченную до двух часов.

– Ага, кино меня как-то больше интересует, да и то, ради развлечений, а пользы ноль…

– А кем ты работаешь? И нравится ли тебе твоё место?

– ДА, нравится. Я преподаю вышивание в школе.

Её переменчивое настроение сейчас выводило меня из себя. Она была похожа на «порхающую» бабочку, мол, вылетит, не поймаешь, сама должна захотеть прилететь. Этакая Грушенька из «Братьев Карамазовых».

– Наверно польза будет одна, если я сейчас тебе кое-что скажу… – вновь прервала она молчание.

– И какая же? – немного раздражённо ответил я.

– В тебе очень много таланта из разных областей, НО цели настоящей-то нет! Понимаешь теперь, к чему я клоню?

– Понимаю, понимаю, Алёнка моя, понимаю… – я посмотрел на безоблачное небо, а затем сразу решил перевести разговор на другую тему, – кстати, а что эта за деревня? Подмосковье?

– Сибирь! – задорно ответила она, слегка толкнув меня локтем.

Ночью я решил остаться у неё. Она застелила мне диван на втором этаже, а сама, пожелав мне спокойной ночи, ушла на первый. Но мне не спалось. Я тихонько решил пройтись по этажу. Меня привлекла её библиотека. Когда я вытаскивал книги, раскрывал и нюхал их и читал аннотации, с полки упал лист бумаги.

«Договор» было напечатано на нём. В содержании этого договора упоминалось обоюдное соглашение сторон (компании «ПС» и Алёны Белокрыловой) о заключении контракта. Целью этого контракта было ИСЧЕЗНОВЕНИЕ самой Алёны. Внизу её подпись, рядом печать «ПС». Меня словно яблоком по голове ударило.

Я спустился вниз. Но Алёны уже не было. Я перерыл каждый уголок дома, но её нигде не нашёл. Алёна уже исчезла, не собрав даже вещи. После долгих и изнурённых поисков, весь дом был похож на магазин с выставленными на распродажу женскими платьями. Они лежали на полу, на диванах и висели на дверцах шкафов. Всё обыскал. Я вспомнил о своём пальто, которое всё ещё должно было валяться под диваном. Во внутреннем кармане я нашёл скомканные листки бумаги.

– Так и есть! – взорвался я.

Это были мои контракты. Когда-то я был инженером в Ретрограде, журналистом в Санкт-Петербурге и вот недавно учёным в Москве. Но, разочаровавшись в этих Жизнях, каждый раз ИСЧЕЗАЛ и менял на Новую Жизнь. Тайная компания ПС (Поиск Себя). Они рассылают своих агентов (те самые люди в белом), и те подписывают контракты на Новую Жизнь с клиентами. Из старой Жизни, в той, в которой вы разочаровались, люди в белом убирали вас за счёт исчезновения и частично стирали вам память. Совершенно неожиданно для всех, вы пропадали без вести, в то время как вы начинали новую жизнь и дальше искали себя.

«И была плутовка такова!» – вспоминались мне строки из басни Крылова. Сегодня днём Алёна твердила мне, Настоящий ли я? Все мы Настоящие, просто Настоящее вокруг нас надо искать! И упорно! Но что, если поиски самого себя затянутся на всю Жизнь? Страшно о таком и думать. И Алёна оказалась точно таким же вечным странником, как и я.  И сколько таких людей, как я и она, на этом Белом Свете?

И тогда снова явились они. Мужчины в белом. Они незаметно вошли в дом и сказали следовать за ними через лес до заброшенного причала.

– Где Алёна? – спросил сразу я, когда мы пришли.

– У неё утром была встреча с агентами. Ты в это время ещё спал на её участке.

– Эти агенты – люди в белом?

– Да, они тоже из нашей бригады – ответили они, – только они женщины. Сам понимаешь, мужчины работают с мужчинами, а женщины с женщинами. И не надейся! Никакой информации о наших клиентах мы не разглашаем. Твоя задача – искать себя в этой Новой Жизни!

Но я в это время уже бежал, преодолевая болотные топи в дремучих непроходимых лесах. Я был один в тех местах, где только ты предоставлен самому себе и не можешь рассчитывать на чью-то помощь.  Но я знал, что сумею выбраться отсюда. Любой ценой! Потому что, я всё-таки был не один. Вдали, меж огромных дубов, ощетиненные зелёным мхом, мои глаза увидели знакомый силуэт. Мы стояли уже друг напротив друга. Улыбка моя была потерянной. К горлу подступил ком, сердце учащённо застучало, ноги подкашивались, а глаза сверкали искрами смешанных эмоций. Она стояла, кусая яблоко, а разливавшийся сок по щекам быстро вытирала рукой. Во второй руке, она держала целое алое яблоко, похожее на сердце и протянула мне.

– Я пришла за тобой… – прервала она молчание.

Мы крепко взялись за руки и пошли наугад в другую сторону. Куда приведёт нас Дорога? Что будет дальше, когда мы пройдём все эти болота и леса? Никто, как и мы, не знает ответ на этот вопрос. Вместе мы можем стать Силой! Мы идём и ищем себя. Теперь вместе.

28-31 января, 2013; сентябрь, 2016 г.

Об авторе:

Александр Борзов, родился 25 июля в 1991 году в Москве. Окончил школу №1148 им. Ф.М. Достоевского и Московский государственный университет культуры и искусств (кафедра киноискусства).  Писать начал с 11 лет. Сначала это были небольшие стихотворения, а затем, с 14 лет перешёл на прозу. Новелла «Лев Шумилов» является первой в его жизни публикацией. В будущем, Александр видит себя только писателем и никем больше.

 

Рассказать о прочитанном в социальных сетях:

Подписка на обновления интернет-версии журнала «Российский колокол»:

Читатели @roskolokol
Подписка через почту

Введите ваш email:

eşya depolama
uluslararası evden eve nakliyat
evden eve nakliyat
uluslararası evden eve nakliyat
sarıyer evden eve nakliyat