Виртуальщина

Екатерина БАРХАТОВА | Современная проза

Весенний ветерок ласкал лица гуляющих в парке людей. Доброе солнышко пригревало сквозь ветви оживших после долгой зимы деревьев. Ленивый уличный кот растянулся прямо на асфальте, пользуясь случаем понежиться в его обволакивающих лучах. Воробьи, как местные мальчишки-хулиганы, весело собирались в небольшие стайки, клюя оброненную кем-то булочку. Казалось, все и вся радовались теплой погоде и погожему деньку.

На лавочке сидела прелестная девушка Лена, безраздельно уткнувшись в свой новенький мобильный телефон, и для нее не существовало больше ничего в этом потухшем неинтересном мире. Зато в телефоне мир бурлил и переливался всеми цветами радуги. Лена зашла в социальную сеть «Фейсбук» на свою страничку и начала просматривать ленту событий за последние сутки, сдобренную фотографиями ее фейсбуковских друзей и знакомых. Ее мысли скакали, как резвые арабские жеребцы, едва поспевая за пальцами, шустро скользящими по экрану и двигающими ленту событий дальше и дальше назад. И поскольку виртуальных друзей у Лены было много-премного – аж полторы тысячи, – то и лента их событий была длинная-предлинная. И ладно бы, если бы эти люди были хорошими знакомыми и приятелями лично Лены, а то ведь нет. Просто «Фейсбук» услужливо предлагал тебе в друзья
всех, кого возможно: друзей и знакомых твоих друзей, а также, в свою очередь, их друзей и знакомых и так далее. И если ты нажимал на их имя и они соглашались стать твоими друзьями, то в итоге получалось, что у тебя в друзьях оказывались десятки, сотни людей, которых ты никогда и в глаза не видывал и о которых слыхом не слыхивал.

«А, этот был вчера в новом джаз-клубе на Тверской, – бубнила в уме Лена, – а эта успела побывать в отпуске в Доминикане».

Воробьи осмелели и прыгали совсем рядом с ногами Лены. Они беззаботно щебетали друг с другом.

«А это кто? Прикольный. А эта жуть одна. Эта жалуется, что босс завалил ее работой».

Ленивый кот проснулся и начал коситься в сторону беспечных пташек. Они, в свою очередь, озорно колготились возле лужицы и урывками пили грязную воду.

«А эти классно оттянулись на днюхе у Таньки. Вот свиньи, даже не пригласили меня. Ну, я им еще покажу…»

Так в выяснении обстоятельств, кто что сделал и кто что выставил посмотреть, Лена сидела добрых полчаса, а то и минут сорок. К тому же она ставила «лайки» под понравившимися фото и сообщениями, а если ей особенно что-то нравилось, то она еще оставляла свои комментарии и смайлики.

В это время кот окончательно пробудился и уже готовился к прыжку на горстку из четырех воробышков. Он принял характерную позу охотника и терпеливо выжидал подходящий момент для атаки.

Лена вдруг увидела, что у трех ее отдаленных знакомых сегодня дни рождения, и стало абсолютно очевидно, что ей необходимо написать им поздравления. Она написала всем троим одно и то же миленькое дежурное поздравление, зато выбрала разные для него фоны и рамочки и осталась очень довольна своей изобретательностью.

Кот привел свой вероломный план в исполнение, но воробьи разлетелись без особенных усилий. Они отлетели совсем не далеко и нахально продолжали свою развеселую жизнь.

Тут девушка наткнулась на небольшое публичное сообщение своей бывшей сослуживицы: «Утром невозможно ехать – выезжают всякие черепахи на дорогу и заставляют тащиться за ними и опаздывать на работу. Сидите дома, если не умеете быстро ездить!» Лена одобрительно хмыкнула и поставила «лайк».

Воробьи легко и непринужденно перемещались в пространстве, продолжая активно вести беседы и волей-неволей дразнить азартного кота.

Час спустя Лене в голову пришла мысль написать что-нибудь эдакое, чтобы все ее друзья и друзья их друзей, а также друзья последних и «еже еси» вспомнили бы о ней и подумали: «Вот прикольная девчонка!» Она выбрала радужный фон и поместила его в рамочку с завитушками, и написала большими жирными буквами: «ХОЧУ КОФЕ! И ПОБЫСТРЕЕ!» И поставила подмигивающий смайлик – типа шутка такая.

Кот не унимался и готовился к очередной атаке на воробьев. Они разделились на две группки. Одна продолжала терзать повидавшую виды булку, вторая, как по уговору, скакала около лужицы. Кот подполз к ним поближе и, видимо, в уме решал, на какую группку пернатых направить свой удар.

Рядом с Леной на скамейку присел молодой человек и начал с интересом наблюдать за охотой кота на воробушков. Кот явно нацеливался на одного самого бойкого. Вдруг молодой человек случайно взглянул на Лену, и у него сразу восторженно вырвалось от удивления:

– Елена Синичкина! Это вы?!

Лена вздрогнула и пролепетала:

– Мы разве знакомы? Я вас не знаю.

– Ну как же! Мы же с вами друзья на «Фейсбуке»! Я часто вас там вижу. Меня зовут Дмитрий. Дмитрий Воробьев. Я друг Петра Щепкина. Помните такого? Нет?! А Максима Новикова и его жену Женю? Нет? Ну, может быть, Ольгу Спиридонову? Мы еще все вместе на футбол ходим.

Но Лена на все вопросы об общих предполагаемых друзьях отвечала отрицательно.

– Ну и бог с ними, – сказал Дмитрий. – Я рад с вами познакомиться вживую. Как дела у вас?

– Хорошо, – снова выдавила из себя Лена, все еще приходя в себя, едва освободившись из плена социальных сетей.

– Смотрите, этот кот пытается поймать воробья, вон того, самого смелого, видите? И так к нему подползет, и эдак. А этому воробью хоть бы что! Уворачивается от него и дальше дразнит!

– Да, я вижу. Извините, но мне нужно срочно бежать. У меня сегодня мероприятие вечером. Корпоратив в ресторане. Мне нужно подготовиться. До свиданья!

Она вскочила со ставшей ей родной скамейки, и звонкие ее каблучки зацокали по парковой дорожке. Воробьи поспешно выпорхнули из-под ее резвых ног.

– Пока-пока! – откликнулся Дмитрий. Он смотрел ей вслед с нескрываемой досадой.

А вечером того же дня Лена, одетая в платье Gucci, при боевом раскрасе, возбужденно пытала всех встречавшихся на ее пути знакомых коллег, не преминув при этом сымитировать поцелуи в щеки:

– Здравствуйте! Давно не виделись! Вы есть на «Фейсбуке» или на «Одноклассниках»? Нам надо законтачиться. Давайте будем общаться!

Тут же она подходила к другому потенциальному «другу» и снова:

– Приветики! Как дела? Ты на «Фейсбуке»? Или в «Инстаграме»? В «Твиттере»? Давай дружить!

По невероятной случайности, может быть одной на миллион, в это же самое время Дмитрий Воробьев входил в этот же модный ресторан в сопровождении своего друга Петра Щепкина, который пару недель назад устроился на работу в ту же самую фирму, в которой трудилась Лена. Петька уговорил друга пойти с ним на корпоратив за компанию, чтобы пораньше смыться и потом вместе пойти к нему домой смотреть футбольный матч «Аргентина – Испания».

Когда подали закуски и салаты, за корпоративными столами в ресторане можно было наблюдать следующую картину: молодые и не очень сотрудники преуспевающей компании сидели перед соблазнительными блюдами и бокалами вина и другими горячительными напитками, уткнувшись в свои мобильные телефоны и увлеченно общаясь со своими виртуальными друзьями. Лена отчаянно крутила ленту событий на «Фейсбуке», проверяла всех своих друзей, пытаясь вспомнить имя того парня из парка. Все-таки чем-то он ее зацепил – улыбка, что ли, у него была какая-то хорошая, и она теперь жалела, что поторопилась и убежала от него так быстро. Дима увлеченно болтал со своим другом Петькой. Он рассказывал ему, что утром встретил очень привлекательную девушку в парке.

– Эх, если бы я встретил ее вновь, ни за что не отпустил бы, – сокрушался он.

В ресторанном полумраке, подсвеченном экранами гаджетов, Лена и Дима находились за соседними столиками. Они сидели спиной друг к другу. За окном на отливе неугомонно прыгали воробьи, оживленно споря о чем-то своем.

Говорите по-русски!

На кухне небольшой бруклинской квартиры стояла моложавая женщина лет сорока Тамара и кричала вглубь квартиры:

– Мама, а где эта, как ее? Ну, для салата порезать.

На кухню пришла мама Тамары Зоя, спросила:

– Доска?

– Да нет, она сама режет.

– Нож?

– Да ну нет, мама, я же сказала «она».

– А-а-а.

– Ну ты еще капусту на сэнксгивин мелко на ней режешь.

– Терка, что ли?

– Ну да, терка! Вот же забыла слово! В этой Америке все слова скоро забудешь.

Прибежали две девочки пяти и семи лет, дочки Тамары, и начали галдеть наперебой:

– Мама, Наташа вонтс ту плей виз ми, но я хочу ту плей сама!

– Мама, не слушай Нину!

Тамара повернулась к старшей Нине и автоматически произнесла заезженную до опупения фразу:

– Нина, говори по-русски! Сколько раз я тебя просила!

Зоя не преминула вставить свои пять копеек:

– Баба ничего не понимает, Ниночка.

Младшая Наташа, захлебываясь от смеха, продолжала кричать:

– Мама, Нина не играет со мной!

Она помчалась за сестрой, повалила ее на пол, и они начали барахтаться в гостиной. Тамара прибежала в гостиную и закричала:

– Наташа, отстань от Нины!

– А зачем?

– Не «зачем», а «почему». Потому что она хочет одна играть. Иди поиграй сама со своими игрушками, свитхарт. Смотри, сколько у тебя игрушек!

– А зачем?

– Ну что «зачем»? «Почему»! Где твои тапочки?

– Тапучки? Я не знаю. Мама, я хочу донат!

– Хорошо, свитхарт, я съезжу на шопинг и куплю вам донат.

Зазвонил мобильный телефон Тамары. Она взяла трубку и защебетала восторженным голосом:

– Хай, дияр! Ха-ва-ю?! Гуд, гуд! Да ты что! Слушай, айм нот сюрпрайзд! Я так и знала, что они точно скоро… лайк… брокен ап. Соу ит хэппенд. Вау! Ну, слушай, они начали ставить что-то такое фиши на «Инстаграме» про друг друга. И их друзья стали лайкать все это. Вот ты посмотришь, она точно будет сингл, лайк, через пару дней… Она такая: ноу-у-у! Она выглядит соу десперит. Лисен! Комон! Я тебя умоляю!

Тамара поболтала с подружкой еще минут пятнадцать, обсудила еще парочку сплетен и удовлетворенно закончила разговор. Потом она недолго думая громко провозгласила по квартире, спрашивая домочадцев:

– Суши есть будете? Или пиццу?

Дети радостно завопили:

– Пиццу-пиццу! Чиз-пиццу!

Зоя выплыла из недр квартиры и заметила:

– В прошлый раз, когда мы ели суши, мне что-то было нехорошо с животом. Может, в русскую бейкери заедешь, хачапури или чебуреков купишь? Или что у них там свежее будет.

Тамара подумала секунду и решительно провозгласила:

– Хорошо, девчонкам – пиццу, а в бейкери решу, что еще купить.

И на этой решительной ноте она перевесила сумку через плечо и выпорхнула из квартиры.

В кулинарии, куда она стремилась попасть, Тамара осмотрела прилавки пристальным взглядом и начала допрос продавца с пристрастием:

– Экскьюзми, это у вас что? Лефт-овер рулет? Нет? Свежий? Ю шуар? Окей, можно мне попробовать, лайк, э пис? Ага, сенькью. Ну, вроде ничего. Тогда сделайте мне паунд, окей? А это что? Кулебяка? Вау! Ну, возьму тоже, наверно. Окей? Кен ай гет, лайк, хачапури? Экскьюзми? Вчерашний? Окей, а чебуреки есть? Осталось немного? Ну, давайте, что осталось. Ю шуар, что это свежее? А то, знаете, ласт тайм ай воз вери апсет. Я купила пирожки у вас, а они оказались старые. О май год! Ит воз бэд. Вери бэд! Так что, плиз, мейк шуар, что все свежее сегодня, окей?

Тамара покопалась еще минут десять, выспрашивая детали о свежести товара и тем самым доводя продавца, молодого парня в кипе, до белого каления. Наконец ее выбор был сделан, и пришел момент платить. Тамара прищурила левый глаз и спросила со знанием дела:

– Если кэшем заплачу, налога не будет? Окей тогда. Дайте гляну, что у меня есть. Не, кэша мало. Прочекайте мне эту карту, плиз. Работает? О, найс! Сайн хия? Окей, сенькью вери мач! Бай-бай!

Довольная своими приобретениями, Тамара покинула кулинарию и поспешила в свою машину. Она еще торопилась в другие продуктовые магазины, чтобы выполнить детские заказы. По пути домой Тамара вдруг вспомнила, что должна была еще зайти в русскую аптеку, чтобы купить горчичники для младшей дочери. Та что-то начала подкашливать, и Тамара решила пролечить девочку, пока она не разболелась окончательно.

Как это часто бывает в Бруклине, в аптеке неподалеку от своего дома Тамара встретила другую хорошую знакомую Аллу, и, разумеется, они зацепились языками, поскольку давно не виделись и нужно было наверстать упущенное время и поддержать светские отношения. Они встали, как два столпа, в центре аптеки перед кассой и затрещали, перебивая друг друга:

– Хау ва ю, свитхарт?! Лонг тайм ноу си! Как дела?

– О! Хай! Какой сюрприз, Тамарочка! Как поживаешь? Как мама? Как детки?

– Вери гуд! Вот на шопинге сейчас. Горчичники дочке надо купить. Как ты, Аллочка? Вы еще в том же апартменте живете?

– Да, все отлично! Мы с Гариком вернулись из круза по Карибским островам. Очень хорошо отдохнули. Корабль был супер! Рилекс полный!

– Очень рада за вас! Как работа, как все осталь…

– Ой, лисен, ты помнишь Жанну, мою приятельницу? Короче, у нее крутые проблемы. Ши гот робд, и кредит кард все украли!

– О май год! Не дай бог! Бедная!

– Да, точно. Но, слава богу, она быстро заметила и закенселила все. Но все равно ужас!

– Слушай, ну а как твой сын? Совсем большой уже стал?

– О да! Ему уже шестнадцать! Появилась новая гелфренд. Все время на телефоне с ней. Я его практически не вижу! Утром только «хай!», вечером – «бай!». Вот и вырос ребенок!

– Боже, Алла! Анбеливибэл! А как вы с ним говорите, на каком языке?

– На английском, конечно. На русском редко. Только когда его вытаскиваю в русские компании, и то…

– Ну да, понятно. Я с моими девчонками воюю все время: «Говорите по-русски, говорите по-русски!» А они все равно на английский съезжают.

Тут прогремел голос кассирши, которая сказала тоном, не терпящим возражений:

– Девушки! Не стойте на проходе! Вы мешаете людям расплачиваться! Плиз, мув!

Алла сразу засуетилась, похоже, она даже забыла, зачем она тут, пропела Тамаре:

– Окей, Тамарочка! Ай хэв ту гоу!

– Окей, дияр! Ит воз гуд ту си ю! Не пропадай! Кол ми!

– Шуар! Кис ю! Бай!

Алла поспешно удалилась из аптеки. А Тамара встала в очередь в кассу.

Когда она пришла домой, дочки встретили ее жизнерадостными визгами:

– Мама, дид ю бай донатс? А пиццу?! Чиз-пиццу! – заверещали они.

– Да-да, все купила! Плиз, дети! Сколько раз можно просить! Говорите по-русски!

 

 

Рассказать о прочитанном в социальных сетях:

Подписка на обновления интернет-версии альманаха «Российский колокол»:

Читатели @roskolokol
Подписка через почту

Введите ваш email:

eşya depolama
uluslararası evden eve nakliyat
evden eve nakliyat
uluslararası evden eve nakliyat
sarıyer evden eve nakliyat